Кто сидит внутри ребёнка?

Маленькие дети путаются в местоимениях. Плохо отличают «я» от «ты» или «он». Для ребёнка совсем неочевидна разница между, например, собственным ухом и ухом своей мамы. Оба уха — мягкие и приятные на ощупь. Почему одно из ушей «моё», а другое — «твоё»?

Кстати, об ушах. Помните ушастого мастера Йоду из Звёздных Войн? Как он поднимал силой мысли корабль из болота? Это было очень по-детски. Пытаться пошевелить не своей рукой или ногой, а посторонним предметом.

Взрослые ведь хорошо знают, где заканчиваются границы их тела. Взрослый человек не будет сжимать руки в кулаки и тужиться с красным лицом, пытаясь взглядом убрать с дороги раздражающий его предмет. Взрослый человек понимает, что лежащий на дороге кирпич не подчиняется его командам.

Тем не менее, так ли уж глупо поступают дети, когда пытаются «поднимать корабль из болота»?

Вот, допустим, стоит на полке игрушка. Как ребёнок может её достать?

Конечно, ребёнок может попытаться пошевелить ногами, чтобы подойти к полке, а затем пошевелить руками, чтобы ухватить игрушку. Но есть и ещё один способ. Пошевелить мамой.

А именно — начать кричать, указывая пальцем на игрушку. С большой долей вероятности, мама выполнит команду ребёнка, снимет игрушку с полки и даст ему в руки.

Теперь вопрос. Чем, с точки зрения ребёнка, мама принципиально отличается от руки? Ребёнок может шевелить рукой — и ребёнок может шевелить мамой. Мама не всегда выполняет приказы ребёнка, но и собственные руки тоже не всегда его слушаются.

Короче, если смотреть на вещи широко, то для ребёнка нет особой разницы между своими руками и своей мамой. И конечности, и родители лежат в бухгалтерии разума на одном счёте — Средства Воздействия на Окружающий Мир.

Представьте себе рабочего, которого заперли в экскаваторе. Вылезти из экскаватора рабочий не может — он может только управлять гусеницами и ковшом.

Вначале рабочий, как и ребёнок, будет путаться — где ковш его экскаватора, а где ковш собрата по несчастью. Однако со временем рабочий привыкнет, освоится, и начнёт называть свой экскаватор словом «я».

Однако где-то в глубинах души, даже после многих лет, проведённых в кабине, рабочий будет понимать, что на самом деле экскаватор — это не «я», а просто набор стальных деталей. И что нет особой разницы между стальным экскаватором, канавой, которую он роет и мозолистой рукой рабочего, лежащей на рычаге управления.